Почему не удается тушить пожары в красноярской тайге: пример из Кежемского района

По состоянию на утро 3 июля 2020 года 89,8% площади официально зарегистрированных действующих лесных пожаров в России приходилось на так называемые “пожары-отказники” – пожары, по котором региональными комиссиями по чрезвычайным ситуациям и пожарной безопасности в установленном порядке были приняты решения об отказе от тушения. Территории, где по закону можно отказываться от тушения лесов, называются “зонами контроля лесных пожаров” – в прошлом году они занимали около 52% лесов нашей страны, а к началу пожароопасного сезона нынешнего года их площадь сократилась примерно до 45%. Эти пожары-отказники никто не тушит, и они могут свободно разрастаться, иногда в течение нескольких месяцев, пока их не потушат сильные дожди или первый осенний снег. Главной причиной установления таких обширных “зон контроля” и отказа от тушения пожаров в них почти в автоматическом режиме является хроническая нищета лесного хозяйства: регионы, особенно сибирские и дальневосточные, в течение последних четырнадцати лет (с тех пор, как им были переданы федеральные лесные полномочия), получают из федерального бюджета в разы меньше денег, чем их нужно для полноценной охраны лесов. В этом отношении ситуация в 2020 году практически не изменилась по сравнению с прошлым годом и со многими предыдущими годами – денег на охрану всех лесов у большинства крупных таежных регионов по-прежнему нет.

Но что происходит с теми лесами, которые доступны, интенсивно используются для разных видов хозяйственной деятельности, не отнесены к “зонам контроля” и формально считаются охраняемыми? Хоть там-то принимаются достаточные меры, чтобы выявлять и тушить лесные пожары на ранних стадиях, и сохранять хотя бы самые ценные для людей леса от огня?

Оказывается, что и там не хватает – даже в тех регионах, которые давно признаны “готовыми к пожароопасному сезону”. Рассмотрим характерный пример из Кежемского района Красноярского края – пожар, действующий на берегу одного из заливов Богучанского водохранилища, в сорока километрах от бывшего поселка Кежма (затопленного в 2012 году при заполнении этого водохранилища), и в 160 километрах к востоку от Кодинска. Вот так этот пожар выглядит сейчас – на космоснимке Sentinel 2 от 3 июля 2020 года:

Тот же снимок в более крупном масштабе:

Пожар был впервые обнаружен системой дистанционного мониторинга лесных пожаров ИСДМ-Рослесхоз 26 июня 2020 года. Вот данные ИСДМ об этом пожаре (по состоянию на вечер 3 июля):

Пожар хорошо виден на космоснимках Sentinel 2 за 28 и 30 июня:

Судя по последнему снимку, площадь пожара по состоянию на середину дня 30 июня 2020 года составляла около 480 гектаров. Исходя из этой площади и из того, что по состоянию на эту дату в зоне действия пожара был IV или V класс пожарной опасности по погодным условиям и легкий ветер, с помощью специального калькулятора на сайте Авиалесоохраны можно примерно оценить, сколько нужно было людей для тушения этого пожара 30 июня:

Конечно, это очень приблизительный расчет. Тем не менее, он показывает, что для нормального тушения этого пожара уже 30 июня на нем должно было работать около ста человек.

Почему важна эта дата? Потому, что по данным Красноярского лесопожарного центра, который как раз отвечает за тушение этих лесов, пожар был обнаружен и зарегистрирован только 30 июня. И в этот день на тушение этого пожара были направлены всего четыре человека:

Совершенно очевидно, что четыре человека при высокой пожарной опасности, при тридцатиградусной жаре без осадков, и не могли справиться с крупным лесным пожаром, на тушении которого в нормальных условиях должна была работать уже примерно сотня людей. И не справились – к середине дня 3 июля 2020 года площадь пожара достигла примерно 1150 гектаров. В ближайшие три дня в зоне действия пожара ожидается по-прежнему жаркая погода (до +25 – +27 градусов), и с более сильным порывистым ветром (до 10-11 метров в секунду) – так что справиться с огнем будет еще труднее. И лишь в следующие вторник и среду в Кежемском районе ожидаются сильные дожди, которые, возможно, помогут этот пожар потушить.

По данным Геопортала Рослесхоза, пожар возник в лесах, не переданных в пользование (в квартале 87 Аксеновского участкового лесничества), а затем распространился на лесной участок, переданный в постоянное (бессрочное) пользование Объединению исправительных учреждений №8 ГУФСИН России по Красноярскому краю, то есть на леса, переданные для заготовки древесины заключенными.

На примере этого пожара очень хорошо видно, что пожары и рубки, действуя совместно в одних и тех же лесах, опустошают эти леса гораздо быстрее, чем пожары по-отдельности или рубки по-отдельности. Даже если бы масштабы пожаров не выходили за рамки исторически сложившейся пожарной динамики таежных ландшафтов, а масштабы рубок – за рамки неистощительного лесопользования, совместными усилиями рубки и пожары все равно вели бы к прогрессирующей деградации таежных лесов Приангарья. Но и пожары в этом регионе часто выходят за рамки исторически сложившейся пожарной динамики, и тем более рубки – за рамки неистощительного лесопользования; поэтому в реальности они очень быстро опустошают остатки приангарских лесов.

http://forestforum.ru/viewtopic.php?f=9&t=24637&sid=a7b47875e4ffa412a2beedf4a0d9cce4