В России началась елочная кампания

В России началась елочная кампания – традиционный комплекс предновогодних лесоохранительных мероприятий, призванный показать гражданам, что лес все еще не совсем беспризорный и что лесная охрана все еще существует. Действующим законодательством за самовольную рубку новогодних елок устанавливается суровая ответственность:

во-первых, ущерб за самовольную заготовку даже самых небольших елей или деревьев других хвойных пород для новогодних праздников считается как 50-кратная таксовая стоимость дерева с диаметром ствола 12 см;

во-вторых, как и при прочих незаконных рубках, этот ущерб умножается на два, если рубка произошла в защитном лесу или на особо защитном участке эксплуатационного леса, на три – в лесопарковом защитном поясе или на особо защитном участке защитного леса, и на пять – на особо охраняемой природной территории;

в-третьих, в “околоновогодний” период – с ноября по январь включительно – этот ущерб умножается еще на два (до 2018 года включительно это был период с декабря по январь).

А если ущерб переваливает за пять тысяч рублей, то рубка рассматривается уже не как административное правонарушение, а как преступление – незаконная рубка в понимании статьи 260 Уголовного кодекса РФ.

То есть, например, в зеленой зоне города, или на особо защитном участке вокруг сельского населенного пункта, ущерб за одну самовольно срубленную новогоднюю ель любого размера считается как 200-кратная стоимость древесины ели с диаметром ствола 12 см по ставкам платы за древесину, утвержденным Правительством РФ. На практике это означает, что самовольная рубка нескольких новогодних елей (скольких именно – зависит от региона и места), если ущерб превысит пять тысяч рублей, может кончиться уголовным делом по ч.1 ст.260 УК РФ (максимальное наказание – лишение свободы на срок до двух лет со штрафом до двухсот тысяч рублей). На особо охраняемых природных территориях или в лесопарковых зеленых поясах в некоторых случаях к уголовному делу может привести рубка даже одной небольшой новогодней ели. Способность этой ели вырасти в большое дерево формально никак не учитывается – например, за срубленный самосев ели где-нибудь под ЛЭП или на обочине дороги, где шансов вырасти у него в принципе нет, наказание может быть таким же, как за ель, срубленную в лесу.

Для некоторых лесных инспекторов и органов управления лесами предновогодняя елочная кампания – последний шанс в году достичь плановых показателей своей работы и продемонстрировать ее эффективность (согласно постановлению Правительства РФ от 6 марта 2012 года № 194, эффективность лесной охраны оценивается в числе прочего по числу зарегистрированных нарушений законодательства и по возмещенному нарушителями ущербу в расчете на одно должностное лицо).


Журнал Крокодил, 1967, №36

Отметим, что проблему самовольной рубки хвойных деревьев для новогодних праздников можно было бы почти полностью решить, организовав сравнительно небольшое количество плантаций новогодних хвойных деревьев. Для этого можно использовать земли лесного фонда, не пригодные для роста леса – например, под магистральными линиями электропередачи (так делалось во времена СССР и в девяностые годы, до начала разрушительных лесных реформ). Конечно, за счет специальных плантаций невозможно удовлетворить спрос на новогодние елки полностью – но можно свести мотивы к самовольным порубкам в окрестностях крупных городов и в густонаселенных районах к минимуму. Но при нынешнем лесном бардаке, когда лесное законодательство существенно меняется несколько раз в год, никто не решается вкладывать силы и средства во что-нибудь долгое, в том числе в плантации новогодних деревьев.

Так что гораздо важнее и нужнее охранять лес от дурных законодателей, чем от предновогодних порубщиков.

Кроме того, ущерб от многих вполне официальных лесохозяйственных мероприятий, назначаемых с грубейшими нарушениями действующего законодательства, часто бывает несравнимо большим, чем от самовольных порубок новогодних елок. Но на эти грубейшие нарушения органы управления лесами смотрят сквозь пальцы, а с мелкими предновогодними порубщиками борются как со вселенским злом.

Вот, например, неправомерно назначенная сплошная санитарная рубка на Карельском перешейке в Ленинградской области – в квартале 29 Ореховского участкового лесничества, точнее – две рубки по одному акту лесопатологического обследования. Рубка слева была проведена, рубку справа получилось отменить. В обоих случаях актом предусматривалось после рубки искусственное лесовосстановление – то есть подрост изначально не предполагалось беречь. А количество елового подроста на каждой из этих рубок сравнимо с годовой потребностью в новогодних елках целого Санкт-Петербурга!

Конечно, в некоторых малолесных южных регионах, где хвойных деревьев вообще мало, незаконные их порубки в предновогодний период могут быть серьезной проблемой. Еще одной серьезной проблемой может быть вандализм – рубка хвойных деревьев или их верхушек в зеленых насаждениях или на каких-то особо важных для людей участках. Но в целом, в масштабах страны, елочная кампания в современных условиях выглядит, как минимум, немного странно – как усердная попытка решения второстепенной лесной проблемы, при том, что многие наиболее острые первостепенные проблемы не решаются десятилетиями.

***

Проблема изжила себя уже давным давно. Желающих связываться с живой елью при наличии искусственных аналогов сегодня очень мало. А желающих идти еще и за ней в лес вообще единицы. Для тех кто занимается продажей наверно должно быть регулирование, для остатков романтиков кто ходит в лес сам выбирает сам рубит все должно быть максимально просто.
Недавно по радио говорили что изготовление и утилизация одной искусственной ели наносит экологический вред в разы больше чем вырубка одной живой ели. Так что скоро наверно будут не штрафовать а поощрять таких чёрных лесорубов.

***

Даже в городах елочные базары с живыми елями пользуются популярностью. А в деревнях тем более. За искусственной еще куда-то ехать в город надо. А живая вот она рядом растет.
Просто нужны какие-то более менее понятные и четкие правила, где можно рубить, а где нельзя.

***

Да.
Как с валежником 🙂

***

Применительно к российским елкам – это точно так (если, конечно, не брать случаи явного вандализма при самовольной заготовке этих елок). Но вот применительно к так называемым “датским елкам” (которые пихты с новогодних плантаций Европы) – не факт. Там одной пластиковой упаковки (сеток) может быть примерно столько же, сколько этого пластика по весу в средней искусственной елке.

А если новогодняя елка местная, без особой упаковки, с новогодней плантации, или из-под ЛЭП, или с обочины дороги и т.д. – то какой там вред? Может быть даже польза, если, например, деньги от выращивания елок на плантации пойдут на лесное хозяйство.

http://www.forestforum.ru/viewtopic.php?f=9&t=26150&sid=c9b152f845508c59c6d078f764c45afe