В России начинается летний пик лесных пожаров – страна к нему по-прежнему не готова

Лесные и вообще ландшафтные пожары в нашей стране имеют два отчетливых пика: весенний (апрель-май) и летне-осенний (со второй половины июня по сентябрь). Первый связан с массовыми палами сухой прошлогодней травы, по которой огонь разносится ветром на огромные площади, и с которой переходит на леса, торфяники, поселения и объекты инфраструктуры; второй – с возникновением пожаров непосредственно в лесах, в основном по вине людей и в гораздо меньшей мере от сухих гроз. Эти пики горимости разделяются относительно спокойным в масштабах страны периодом, когда на открытых участках в большинстве регионов уже отрастает свежая зеленая трава, препятствующая горению старой сухой, а леса и торфяники еще достаточно сырые после весеннего снеготаяния, и непосредственно в них пожары возникают редко. Разумеется, на уровне конкретных регионов динамика пожаров может быть иной, но в целом по стране, и по большей части лесной зоны, она именно такая.

Сейчас как раз заканчивается традиционный спад горимости в большинстве лесных регионов России, и начинается традиционный же ее рост, который будет усиливаться по мере просыхания лесов и торфяников. Хорошим показателем горимости лесов и вообще природных территорий является количество термоточек MODIS спутников Terra и Aqua – абсолютное большинство этих термоточек соответствует температурным аномалиям земной поверхности, вызванным ландшафтными пожарами (из-за относительно низкого пространственного разрешения данных MODIS количество термоточек, связанных с техногенными источниками, пренебрежимо мало). Эти данные доступны за длительный период времени – с 2001 года по настоящее время. Вот так выглядит динамика горимости по данным MODIS по территории России за прошедшую часть 2021 года и в среднем за 2001-2020 годы:

Формально страна в целом готова к очередному сезону летних лесных пожаров: все сводные планы тушения лесных пожаров по субъектам РФ согласованы на федеральном уровне, все “пожарные” деньги из состава лесных субвенций до регионов доведены, новая лесопожарная техника в рамках нацпроекта “Экология” закуплена или закупается прямо сейчас, торжественные речи и доклады о принимаемых мерах перед высоким начальством произнесены.

Но реальный уровень готовности страны к борьбе с летними лесными пожарами – не выше, чем в прошлые годы. За последние два десятилетия не было ни одного года, когда бы перед началом пожароопасного сезона не произносились торжественные речи и не писались красивые статьи о готовности к охране лесов от огня – но это не спасло леса страны от многочисленных лесопожарных катастроф. К сожалению, абсолютное большинство причин этих катастроф так и не было устранено, так что если нынешнее лето хотя бы в части крупных таежных регионов окажется сухим и жарким, массовых катастрофических лесных пожаров опять избежать не получится.

Вот основные причины регулярного повторения массовых катастрофических лесных пожаров в России, особенно в таежных лесах Севера, Сибири и Дальнего Востока.

1. Нищета лесного хозяйства. Лесной кодекс РФ 2006 года уничтожил экономические основы лесного хозяйства, закрыв практически все законные возможности самофинансирования органов управления лесами и специализированных лесохозяйственных организаций – но равноценного бюджетного финансирования лесное хозяйство за четырнадцать лет жизни по новому кодексу так и не получило. В результате число людей, занятых в лесном хозяйстве, сократилось в разы, а уровень жизни большинства оставшихся вынуждает больше думать о выживании, чем об эффективной работе. Для полноценного исполнения переданных субъектам РФ лесных полномочий нужно, по самой скромной оценке, около 90-100 миллиардов рублей в год – а в реальности регионы получают около 30 млрд. руб. лесных субвенций, и этого, конечно, катастрофически не хватает.

2. Беспризорные и бесправные леса. Примерно одна десятая часть российских лесов приходится на леса без ясного правового статуса или со спорным (двойным) статусом – это в основном леса на землях сельскохозяйственного назначения или бывшие колхозные и совхозные леса. Действующее законодательство запрещает лесу существовать на сельхозземлях – за сам факт наличия такого леса собственник может быть оштрафован на огромную по сельским меркам сумму (до 50 тыс. руб. с человека и до 700 тыс. руб. с организации), поэтому люди вынуждены такие леса уничтожать, в том числе путем сжигания. За охрану же этих лесов никто в явном виде не отвечает – а горят они чаще других, поскольку обычно располагаются ближе всех к поселениям и объектам инфраструктуры.

3. Лесопожарная ложь и показуха. Официальные оперативные данные по лесным пожарам в разы отличаются от данных дистанционного мониторинга (площадь лесных пожаров за период с 1 января по 10 июня 2021 года по данным дистанционного мониторинга в 8,9 раз больше, чем их площадь по официальным сводкам). Отчасти это связано с умышленным искажением сведений о пожарах, отчасти – с тем, что по некоторым наиболее горимым категориям лесов (на сельхозземлях, землях запаса) никакой учет лесных пожаров вообще не ведется. В любом случае, официальные сводки показывают только часть пожаров и не отражают их общий масштаб, в результате чего вся единая государственная система предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций (РСЧС) реагирует на начинающиеся лесопожарные катастрофы с большой задержкой, когда уже практически ничего нельзя предотвратить или исправить.

4. Огромные неохраняемые территории. По-прежнему примерно 45% земель лесного фонда приходятся на так называемые “зоны контроля лесных пожаров” – территории, где по закону лесные пожары можно не тушить при соблюдении некоторых формальных условий. Поскольку денег на тушение всех пожаров, особенно в наиболее удаленных и труднодоступных лесах, у регионов нет – решения об отказе от тушения пожаров в “зонах контроля” принимаются почти в автоматическом режиме. В результате пожары, возникающие в “зонах контроля”, распространяются на огромные площади, и служат, в числе прочего, одним из важнейших источников задымления обширных территорий в Сибири и на Дальнем Востоке.

5. Пожароопасные практики в лесопользовании и землепользовании. В нашей стране до сих пор широко применяются сельхозпалы, профилактические выжигания, огневая очистка лесосек и другие пожароопасные методы и технологии без соблюдения должных мер пожарной безопасности. Они и сами по себе могут становиться причинами лесных и ландшафтных пожаров, и служат мощнейшей рекламой поджогов. Когда люди видят, как лесники и другие работники государственных и муниципальных организаций сами массово жгут сухую траву и другие горючие материалы на природе – никакие увещевания насчет осторожного обращения с огнем на них уже не действуют. Дела убедительнее слов – а своими делами наши лесные специалисты часто показывают людям, что жечь сухую траву вблизи лесов можно и нужно.

6. Незаинтересованность в отсутствии пожаров. При существующем лесном законодательстве ни у чиновников, ни у лесопользователей нет серьезной заинтересованности в отсутствии пожаров и в снижении причиняемого ими реального ущерба. Колоссальные потери лесов в результате пожаров лишь косвенно, не сильно и не сразу влияют на разрешенные объемы рубок по лесничествам (расчетную лесосеку) и на установленные объемы заготовки древесины по арендным участкам. Система оплаты труда также мотивирует скорее к героическому тушению, чем к предотвращению пожаров. Конечно, абсолютному большинству лесных специалистов совсем не хочется, чтобы леса горели – но на зарплате многих из них, и в целом на финансировании переданных конкретным регионам федеральных лесных полномочий, отсутствие пожаров может отразиться негативно.

http://www.forestforum.ru/viewtopic.php?f=9&t=25729

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *